Loading...

пятница, 2 сентября 2011 г.

Гонители и гонимые К ДОСКЕ!

Гонители и гонимые

К ДОСКЕ!

Гонители и гонимые, или Кто ответит за разрушение российского образования?

Валентин НЕДЗВЕЦКИЙ, профессор МГУ

В 2009 году факультет журналистики МГУ издал сборник статей, сразу же привлёкший внимание педагогов и общественности. Это была Белая книга о Едином государственном экзамене, сложившаяся из опубликованных персональных заключений, в подавляющем большинстве отрицательных, об этом явно непродуманном, но упорно навязываемом России новшестве. Открывалась она коллективным письмом «Нет!» – разрушительным экспериментам в образовании» 420 учёных и работников просвещения – от академиков РАН до директоров школ. И была адресована прежде всего министру российского образования, а также правительству и президенту РФ.

Критический пафос книги был поддержан едва ли не всеми органами нашей периодической печати (в том числе и «Литературной газетой»); на двух её московских презентациях и прокатившихся в тот момент по стране митингах против ЕГЭ она вызвала одобрение родителей, студентов, самих школьников. Но, увы, не удостоилась… решительно никакого ответа из Министерства российского образования.

Спустя год, когда ЕГЭ, несмотря на неприятие со стороны учителей, родителей и вузовских преподавателей, был всё-таки узаконен, мы с профессором В. Линковым и старшим преподавателем И. Петровицкой собрали вторую Белую книгу («ЕГЭ и судьба российского образования») объёмом свыше шестисот страниц из аналитических публикаций, появившихся в печати с января по декабрь 2009 года. И ситуация повторилась: новая волна общественных одобрений книги и… ни малейшей внятной реакции на неё из государственных верхов…

Думаю, многих наблюдателей этого «диалога» с властью брала оторопь – ведь так игнорировать опасения и протесты общества не позволяли себе даже последние царские министры, не говоря уже о членах советского правительства. Где причина столь демонстративной глухоты? Прочитав в газете «Совершенно секретно» замечательную по обнародованным фактам и их анализу статью Виктории Соколовой («Серые кардиналы образования»), я, кажется, нашёл ответ на этот вопрос. Дело, видимо, в том, что и сам наш улыбчиво-весёлый министр образования и науки А. Фурсенко, и его соратники по навязыванию России сначала тотального ЕГЭ, а теперь ещё и гибельного нового школьного стандарта, упразднению специальных танцевально-балетных и живописных школ и, наконец, готовящегося сокращения (на 200 тысяч!) российских учителей всегда были и остаются всего лишь ретивыми исполнителями предначертаний господ из иной сферы. А именно – государственной финансовой политики. Далёкие от национально-ментальных основ и подлинных задач образования, эти люди заботились не о повышении его качества, конкурентоспособности и гарантированной Конституцией РФ доступности, а только о неуклонном сокращении выделяемых на образование бюджетных средств, и без того сравнительно с европейскими странами и США позорно скудных…

Это незабвенный глава фонда «Центр стратегических разработок» Герман Греф и вице-президент того же фонда, а впоследствии министр экономразвития Эльвира Набиуллина да её трогательно единодушный супруг Ярослав Кузьминов – ректор ГУ-ВШЭ (Государственного университета Высшей школы экономики). Активно помогали и помогают им Александр Адамский, контролирующий в образовании все экспериментальные площадки, и идеолог меркантилизации школьного обучения Анатолий Пинский. К ним вскоре «примкнули» такие рьяные гонители традиционных начал российской школы, как академики РАО Александр Кондаков и Александр Асмолов.

Остаётся добавить, что финансовым фундаментом «модернизаций» нашей средней и высшей школы стали внешние займы, выданные России Международным банком реконструкции и развития (МБРР) вместе с рядом настойчивых «рекомендаций»: ввести «подушевое финансирование школ, исходя из уровня расходов на одного ученика», «закрыть профессиональные училища, которые не могут провести структурную перестройку», «закрыть педагогические институты и привлекать учителей из числа выпускников университетов», установить «минимальные стандарты гражданственности», сведя их к «способности правильного чтения карт, объяснению на иностранном языке, правильному заполнению налоговых деклараций…». Все эти «инновации» в российском образовании либо уже осуществлены, либо всячески в нём проталкиваются, свидетельствуя, что его «серые кардиналы» пляшут даже не под негодную собственную, а под явно чужую дудку…

Несколько лет назад Ярослав Кузьминов, очевидно, претендуя на самостоятельность и оригинальность, с напускным или искренним возмущением заявил: «…В нищей России учится 98,6% подростков в возрасте 16 лет, на среднее образование тратится больше, чем на высшее». В самом деле, как можно этакое терпеть?! Ведь в эту массу старшеклассников помимо отпрысков наших бесчисленных чиновников и состоятельных собственников и менеджеров (чада олигархов не в счёт – они все учатся за границей) входят дети и того «быдл-класса», который изобретён и столь изящно назван профессором-«гуманистом» А. Асмоловым, и тех полунищих россиян, что не живут, а выживают на убогие зарплаты и пенсии… Какой, спрашивается, прок от них школе, если они не в состоянии платить за знания? Ибо школа-то, как поучает нас А.Пинский, «должна зарабатывать». Да и к чему беднякам полное среднее образование – научились заполнять налоговую декларацию, и довольно…

Не сомневаюсь: фактически предлагая сократить нынешнее количество российских школьников, господин Кузьминов уверен, что это выгодно и государству, и обществу. Мне же и, убеждён, множеству наших соотечественников такое предложение представляется не только крайне циничным (ибо истинный смысл его в праве на образование лишь для россиян «избранных», т.е. богатых и сверхбогатых!), но в своей мотивировке и лживым. Где это вы сегодня видели в России почти стопроцентный школьный всеобуч? В каких школах и ПТУ, по-вашему, набираются знаний и учатся достойно трудиться и жить те полтора-два миллиона российских беспризорников, которые годами обитают в подвалах, канализациях да на чердаках?

И кто, позвольте спросить, сказал вам, что Россия – страна нищая, а потому-де не должна учить всех своих детей фундаментально и бесплатно по меньшей мере в объёме средней школы? Неужто Россия с самой большой в мире площадью пахотных земель (даже чернозёма), огромными запасами углеводородов, других полезных ископаемых, а также биоресурсов беднее Японии, Франции, маленькой Венгрии? А ведь эти страны тоже были обескровлены Второй мировой войной. Так почему же молодые французы получают и среднее, и высшее образование бесплатно? И почему очень скромная по своим материально-финансовым возможностям Венгрия отказалась учредить ЕГЭ и перейти на Болонскую систему? Не оттого ли, что в этих странах, как и в послевоенной Японии, главным залогом процветания стали инвестиции в самого человека для развития его интеллектуальных и иных творческих сил посредством прежде всего высококачественного общего и специального образования? И не оно ли в первую очередь позволило современной Японии и Франции достичь того жизненного уровня, который с каждым десятилетием существенно отдаляет утрату работоспособности и самую смерть?

Вы же, господин Я. Кузьминов и иже с вами, похоже, печётесь о процветании всего лишь отдельной части россиян при уничтожении всяких перспектив части другой и большей. Скажете, что это-де моя «выдумка», «клевета» и т.п.? Но разве не член вашей группы Александр Адамский без малейшего сомнения утверждает: «Общеобразовательных предметов, пронизывающих весь образовательный путь, должно быть не так много, может быть, всего два-три»? И аргументирует: «Мы знаем, к чему приводит обязательное изучение, например, курса литературы. Ничего, кроме отвращения, это не приносит».

И снова – цинизм, дополненный ложью. Недавно вся страна с ужасом узнала, сколько и какие именно обязательные предметы уготовил новый школьный стандарт, предложенный российским Минобразования. Под шквалом протестов он был временно отложен и якобы «доработан», но таким образом, что теперь в числе главных школьных дисциплин не оказалось ни российской истории, ни русского языка и русской литературы, потому что два последних предмета объединили в один, что, уменьшив количество учебных часов на тот и другой, превращает изучение обоих в заведомую профанацию.

И всё это, должно быть, ради столь милого для Адамского свободного ученического выбора тех или иных нравящихся школьнику дисциплин. Но не­уж­то господин Адамский всерьёз считает такую замену абсолютным благом и для самого учащегося, и для государства, его обучение финансирующего? В природе не цыплята «поясняют» мамаше-курице, что полезно и вредно для их роста и возмужания, а она – им. Да и мыслима ли школа, от начальной до высшей, вообще без обязательности как в своих образовательных задачах и целях, так и в самом учебном процессе? Учение испокон веку – труд, и труд упорный. В том числе и при постижении школьного курса русской литературы, собственное «отвращение» к которой господин Адамский почему-то экстраполирует чуть ли не на всех россиян. А вы, господин Адамский, видели, чтобы в законы музыки, живописи, скульптуры и архитектуры кому-то удавалось проникнуть без обязательного долголетнего труда? Художественная литература – также вид искусства и по-настоящему обогатиться её произведениями без хотя бы начального постижения её сложной словесно-образной природы и структуры невозможно. Или вам эта истина неведома?

Скорее, дело обстоит совсем наоборот: не один Адамский, но и другие наши «инноваторы» от образования отлично понимают и великий познавательный, и беспрецедентный воспитательный потенциал русской классики как этико-эстетического, духовно-нравственного советника и руководителя своих читателей, как подлинную совесть России. Это она, художественная русская классика, была по праву названа «святой русской литературой» (Томас Манн) и третьим после древнегреческой драмы и искусства итальянского Ренессанса культурным чудом Европы (Поль Валери). Проблема в ином – почему при знании этого «модернизаторы» столь упорно изгоняют из школьных программ в первую очередь именно русскую литературу? Или на этот вопрос уже ответил А. Фурсенко, посчитавший главным «недостатком советской системы образования» «попытку формировать человека-творца», в то время как сам нынешний глава Минобрнауки полагает, что «сейчас задача заключается в том, чтобы взрастить квалифицированного потребителя»?..

Да, потребителям многомиллионных зарубежных дворцов и вилл, яхт, машин и самолётов русская литература, как, впрочем, и шедевры мировой, действительно ни к чему, потому что у них и их наследников совсем иные представления о важнейших человеческих ценностях. Но неужто в нашей огромной стране начисто исчезли люди творческие, жаждущие и умеющие прежде всего созидать и отдавать, а не только присваивать да потреблять? Или страна вдруг перестала в них нуждаться?..

Сегодня мы то и дело слышим с разных высоких трибун сетования на то, что в нынешней России «слишком много гуманитариев», но большая нехватка инженеров, программистов, квалифицированных рабочих, словом, специалистов технического и естественно-научного профилей. Кто же возражает: их надо готовить больше и больше. Но почему за счёт якобы «избыточных» гуманитариев? Разве даровитые «лирики» по-своему не участвуют в формировании «физиков»? Произведения талантливого писателя, живописца, музыканта, ваятеля нередко и прямой источник того творческого вдохновения, которое, согласно Пушкину, ничуть не меньше, чем в поэзии, необходимо и в геометрии. Не об этом ли знаменитое признание Альберта Эйнштейна? Для создания теории относительности ему больше математика и астронома Карла Гаусса дал Фёдор Достоевский. И не прав ли был поэт А. Вознесенский, утверждая: «Все прогрессы (технологические, промышленные, экономические и т.п. – В.Н.) реакционны, если рушится человек»?

Напомню строки из поддержанного множеством россиян письма учителя словесности Сергея Волкова президенту и премьер-министру РФ: «Мы считаем, что вы, как руководители страны, которые обязаны просчитывать риски от принимаемых решений, должны наложить вето на радикальное перекраивание школьной программы и перевод в статус предметов по выбору её главных дисциплин». Видимо, прочтя послание, Путин во время очередного заседания правительства не без юмора заметил Фурсенко: «Перестарались…» «Исправим!» – с готовностью ответил премьеру улыбчивый министр… Вспомнил я «диалог», и послышалось что-то давнее из нашей советской истории. Был некогда задан «отцом народов» курс на «сплошную коллективизацию» российского крестьянства. И «обобществили» партийно-советские начальники на местах не только лошадей и коров, но и мужицких кур с цыплятами. Дошли вести об этом до «отца народов». И назавтра в «Правде» появилась за его подписью статья «Головокружение от успехов». Она всё разъяснила стране: виновен не инициатор самой жестокой крестьянско-колхозной заварухи, а её ретивые исполнители. С них, мол, и спрос…

А кто, хотелось бы знать, ответит за нынешний развал российского образования, когда этот, пока ещё смутный для многих наших людей факт станет очевидным и в своих пагубных результатах уже необратимым?

Комментариев нет:

Отправить комментарий